Чужие среди нас 2 смотреть онлайн, В «Крокус Сити Холле» произошел теракт — онлайн-трансляция
![Чужие среди нас 2 смотреть онлайн](https://kinmuseum.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/fyne.jpg)
Рейганомика продолжает процветать… Проблема в безудержном капитализме. Он выбивает солидный миллионный бюджет на новый постапокалиптический фильм « Побег из Лос-Анджелеса » — опять с Расселом, вернувшимся во второй раз к роли «Змея» Плисскена. Но вместо того, чтобы задуматься о причинах такого расслоения и увидеть рукотворный характер «экономических кризисов», основная часть простых людей постоянно смотрит телевизор и занимается мелкими бытовыми вопросами.
Си Ричардсон. Люсиль Мередит. Сьюзан Бланчард.
Норман Олден. Дана Браттон. Джейк Барнс. Норм Уилсон. Тельма Ли. Страттон Леопольд. Норман Хауэлл. Ларри Франко. Том Сирл. Боб Хадсон. Джон Джонс. Нэнси Джи. Кристина Баур. Грегори Барнетт. Джимми Никерсон. Керри Россал. Джефф Имада. Мишель Костелло. Джеб Стюарт Адамс.
![Чужие среди нас фильм 📺 онлайн записи эфира телеканалов](https://i.ytimg.com/vi/ZMbkyYmOir0/sddefault.jpg)
Дженнифер Остин. Роберт Грин. Хелен Келли. Эл Леонг. Томми Моррисон. Мои фильмы В избранное. Управление папками. Поставьте свою оценку. Ваш рейтинг. Что ж, он готов. Потемневшее от времени дерево, которым была отделана контора, скрывало полы, стены, и даже потолок. Пятиметровый коридор соединял два входа-выхода, прятавшиеся за обычными дверьми. Большой проем, прорезавший одну из стен, был перегорожен стойкой, напоминавшей барную.
Сразу за ней, в небольшой комнате, стоял стол с зеленым сукном и лампой под таким же зеленым абажуром. За столом — скрипучее, но удобное кресло, в котором и сидел Кирилл Андреевич. Он крякнул, отпил из кружки крепко заваренный кофе. Впрочем, без кофеина. Снова поднял руку, посмотрел на часы. На самом краю стола возвышался массивный куб монитора, на котором хозяин всегда мог увидеть точное время. Хотя и монитор не щеголял новизной — пластик, некогда ослепительно белый, за двадцать лет выцвел, пожелтел.
Но техника исправно работала. Справа, там, где был Их вход, послышался шум. Дверь дубовая, покрыта лаком. Ту, что слева, Кирилл Андреевич просил не лакировать, ему хотелось, чтобы Наш вход чем-то отличался. Лакированная распахнулась, в коридор ввалился тучный мужчина. Хозяин конторы нахмурился: до восьми часов еще целая минута. Раньше времени. Но вслух ничего не сказал — иной раз гости нарушали регламент. Этого посетителя он знал прекрасно и мог предсказать все его действия наперед. Вот сейчас толстяк будет вытирать испарину на шее….
Дмитрий достал из кармана носовой платок, рука его чуть подрагивала, он провел мятым кусочком ткани по мясистой шее. Теперь попросит воды… Кирилл Андреевич покосился на невидимый для посетителя пластиковый стаканчик, заранее наполненный живительной влагой и поставленный на край стола, чтобы его скрывала стойка конторы.
Пухлая рука легла на сенсорную площадку. По монитору пробежала строка с информацией о времени перехода и имени гостя. Хозяин сделал пометку карандашом в книге учета, снова взглянул на нерешительно топтавшегося Дмитрия.
Повисла неловкая пауза. Кирилл вздохнул. Кирилл Андреевич протянул ему стаканчик, дождался, пока гость выпьет, принял опустошенный пластик и тут же кинул его в урну. Дмитрий все еще переминался с ноги на ногу, стоя перед шершавым полотном. Удачного дня у него не было давно. Наконец решился, толкнул дверь и вышел.
Дальше дело пошло живее — посетители появлялись один за другим, иногда сталкиваясь в коридоре, ожидая очереди на регистрацию. В такие моменты Кирилл Андреевич вынужден был доверяться компьютеру, не успевая вручную заполнять книгу учета.
Позже он возвращался к ней, скрупулезно добавлял информацию — имена, время, делал свои пометки, которые только он и мог разобрать. Кого-то из посетителей хозяин знал хорошо, кто-то, даже спустя годы, оставался для него загадкой. Вот, например, этот молчаливый господин: никогда не здоровается, лишь кивает головой, прикладывает руку к сенсору, на секунду замирает перед дверью, будто читает про себя короткую молитву, выходит.
Его зовут Густав, и, в отличие от того же Дмитрия, у него не бывает неудачных дней. Высокий, подтянутый, с тяжелым взглядом и крепкими кулаками. Такой всегда добивается цели.
Кирилл не покидал рабочее место надолго, потому что в любой момент в конторе мог кто-то появиться. Хозяин пил чай, или безкофеиновый кофе, в обед позволял себе разогреть еду, с которой тут же расправлялся, аккуратно постелив на зеленое сукно салфетку. Некоторые из гостей не спешили приходить с утра.
То ли они знали, что работа начнется позже, то ли просто являлись, когда им вздумается, исходя из собственного настроения. Виктор был самым неприятным типом.
И не потому, что придумал хозяину конторы такое прозвище, это можно стерпеть. Но слишком много в нем от человека. А людей Кирилл ненавидел. Его темное, изъеденное оспинами и рубцами лицо стало еще страшнее.
Виктор презрительно фыркнул. Он понимал, что хозяин все знает и не говорит только потому, что не хочет. Рука на сенсор, моментальная регистрация. Гость нахально перегнулся через стойку, пытаясь взглянуть на экран монитора. Усмехнулся и шагнул к выходу. Хозяин проводил его испепеляющим взглядом. Остался лишь один. И зачем тебе это знать, урод? Что выиграешь? Кирилл Андреевич держал любопытство на коротком поводке.
Однажды он получил идеальную работу и теперь не хотел ее терять. Интроверт по натуре он мечтал лишь о том, чтобы жить в уединении, и, по возможности, не общаться с людьми.
Эти двадцать восемь существ, ежедневно следовавших через контору сначала в одну сторону, потом в другую, людьми не были.
Он знал точно. Кто они и что им надо на Земле — не его дело. Пусть делают что хотят. Смеющиеся карие глаза, тонкие губы… Воздушное, бледно-розовое платье. Сердце у Кирилла тихонечко екнуло. Каждый раз, когда приходила Она, он с трудом усмирял сердцебиение, приводил в покой душевное равновесие.
Но не отпускал на волю чувства и фантазию: Ира тоже не человек, лишь привлекательная оболочка для некоего создания с милым характером. А кто ему сказал, что с милым?
Может, она хитра, и на самом деле характер ее жесток и немилосерден? Нет-нет, с гостями ухо надо держать востро, не расслабляться и никому не доверять! Для археологических раскопок? Захвата власти? Выкачивания ресурсов? Кирилл едва заметно тряхнул головой. Сканирование, регистрация. Карандаш скрипнул по бумаге. Гостья ушла — легко, беззаботно, будто на веселую прогулку.
Не то, что остальные. В воздухе остался висеть едва уловимый аромат духов. Кирилл хрустнул пальцами, сбрасывая с себя оцепенение. В середине дня затишье и чаще всего он в это время читал, иногда смотрел фильмы. Снова пил чай. Сегодня не заметил, как голова его склонилась над раскрытым томиком Пушкина — задремал. Лакированная дверь скрипнула, медленно приоткрылась. Распахнулась, впуская в контору прохладную темноту.
Кирилл вздрогнул, проснулся. Дверь на месте, заперта. И в этот момент дверь действительно открылась, только другая, пропуская первого из возвращающихся. Хозяин поблагодарил свою интуицию, не давшую проспать еще минуту: ему не хотелось, чтобы кто-то застал его в таком виде.
Гость молча бросил на сканер нефритовые четки. Кирилл Андреевич старательно перенес запись в свою книгу-журнал. Судя по молчанию и раздосадованному выражению лица, Грегори и сам это понимал. Он отвернулся, вышел через дверь, покрытую лаком. Слева и справа от Кирилла Андреевича, у самых его ног, стояли стеклянные вазы, одна самодедского стекольного завода, другая неизвестного иностранного происхождения.
Он запустил руку вглубь выдвижного ящика, нащупал там два пакета с фишками, изъятыми когда-то из детской игры. Он мог безошибочно, на ощупь определить — какой именно пакет ему нужен. Три синие фишки упали в импортную вазу. Да, немного. Немного чего? Он не знал. И никогда не спрашивал, что именно означают цифры, появляющиеся на мониторе после возвращения очередного посетителя. У каждого гостя своя маркировка — синяя или красная.
Словно две разных команды. Хотя Кирилл прекрасно понимал, что это, скорее всего, разделение по их профессиональным обязанностям. Чем бы они там не занимались… Для него это была лишь забава, развлечение в однообразных буднях. Пришел еще посетитель, потом другой, третий. Синие фишки налево, красные направо.
Объявился недовольный своей синей единичкой толстяк Дмитрий, обсудил с Кириллом безразличную для того московскую погоду. Легкой пушинкой пролетела Ирина — десять красных фишек направо. Улыбнулась, оставила для хозяина чем сильно его смутила такой же воздушный, как она сама, презент — пирожное из абрикосовской кондитерской.
Последним, уже в десять вечера, явился Аркадий — сухонький, пожилой мужичонка. И если да, то зачем ему тело старика? Аркадий положил на сканер наручные часы: каждый из гостей мог использовать для сохранения и передачи данных любой понравившийся предмет.
Тепло, птички поют. Кирилл Андреевич заполнил еще одну графу журнала. Чуть стыдливо, смущаясь своей игры, отсчитал восемнадцать фишек — целая горсть, непростительно громко брякнувшая в самодедскую вазу. Гость с любопытством вытянул шею, едва заметно улыбнулся. Он был в курсе этого развлечения. Часто появляясь последним, он любил поболтать у стойки, и как-то само собой получилось, что Кирилл стал делиться с ним своими житейскими подробностями.
После одиннадцати вечера никто не мог проходить через двери. Кирилл встал со скрипучего кресла, сладко потянулся. Подхватил обе вазы и вышел из конторы.
Его квартира напрямую соединялась с местом работы еще одним коридором. Десять шагов и ты дома. Хозяин приготовил ужин, проверил запас продуктов в холодильнике — раз в неделю он заказывал их с доставкой в ближайшем супермаркете. Пожалуй, курьер единственный человек, с которым Кирилл Андреевич время от времени общался.
Да и то по необходимости. Можно было включить окна, загрузить любой вид, но он просто задернул занавески. Что там на самом деле — уютный дворик, или шумный проспект — ему наплевать. Закончив с ужином, хозяин поставил перед собой вазы и под бормотание телевизора принялся считать фишки. Синих — шестьдесят восемь, красных — семьдесят три.
Терпкое краснодарское чуть кислило. Он поморщился, но допил до конца. Конечно, в немалой степени потому, что среди первых была Ирина, а среди вторых Виктор. Но вино ему больше нравилось белое! В этот раз не помогло. Трезвон стал замедляться, стихать, и, наконец, умолк.
Кирилл Андреевич откинул одеяло, полежал так с минуту, сделал над собой усилие и поднялся. Прошел в туалет, облегчив страдания переполненного мочевого пузыря, потом в ванную — помыть руки, почистить зубы, умыться.
Каждый раз он думал, что сначала надо бы позавтракать, а потом чистить зубы. Но не закончив утренний моцион он просто не чувствовал себя человеком.
Яичницу с нарезанной кружками сосиской, ломтиками помидора и обжаренным хлебом он запил водой. Кофе будет там, за стойкой, чтобы окончательно проснуться и настроиться на рабочий лад. Каждый новый день похож на предыдущий. Но Кирилл Андреевич не роптал, не жаловался. Наоборот, он со страхом представлял себе, как бы сложилась его судьба, если бы однажды не явилось существо оттуда и не предложило ему работу. Кем бы иначе стал Кир, станционный смотритель, хозяин конторы?
Что бы с ним было на злой, нетерпимой, человеческой Земле? Кирилл передернул плечами. Кофе, циферблат — ровно восемь. Вскоре пошли посетители: удрученные, уверенные, веселые, грустные — разные. В момент затишья хозяин успел пообедать, посмотреть старую советскую комедию, от безделья полистал исписанный карандашом журнал.
Почитал свои старые пометки. Достал прошлогодний журнал, потом пятилетней давности, наконец стряхнул пыль с картонной обложки самого первого, датированного семнадцатым марта года. Ровный, почти каллиграфический почерк. В каждой строке, в каждом слове счастье, наслаждение новой работой, радость от соприкосновения с некоей тайной, недоступной для остального человечества. Потом это прошло, нивелировалось привычкой и обыденностью происходящего. Кирилл аккуратно убрал книги учета в стол, вдохнул пыльный воздух, поправил шеренгу карандашей.
Все хорошо. Все так, как должно быть. Нелакированная дверь распахнулась, вошел Виктор. По его лицу хозяин сразу понял — что-то не так. Суетливо оглядываясь, посетитель теребил в руках кожаное портмоне, никак не решаясь положить его на сканер. В общем… — Виктор замолчал, нахмурился. Наконец на что-то решился, посмотрел в глаза хозяину конторы, — Я ведь знаю, вы можете немного поправить цифры.
Кирилл ни единым движением не выдал своего волнения, лишь побелели костяшки пальцев на правой руке, сжимающей подлокотник кресла. Надо лишь вручную ввести цифру. А то, знаете ли, привлечет внимание…. Дверь открылась, в контору вошел Густав. По обычаю молча кивнул хозяину. Посмотрел на Виктора. Замер в ожидании. Виктор прикрыл кожаным портмоне фотографию, несколько томительных мгновений не мог заставить себя сделать то, что должен.
Глаза его бегали по комнате. Он сжал губы, бросил портмоне вместе с фото на сканер. Густав не видел монитор, но заметил, как приоткрылся рот хозяина конторы.
Виктор схватил портмоне и выскочил за лакированную дверь. Кирилл смахнул фотографию, убрал ее в стол. Густав аккуратно снял с пальца тяжелый, золотой перстень. Кирилл не помнил, чтобы этот посетитель за двадцать лет хотя бы раз с ним заговорил. Про нее? Про его дочь?
И зачем? Вот же ублюдок! Надо сообщить. Сообщить… Кому? Кресло скрипнуло, Кирилл встал, потом снова сел, но тут же опять вскочил. Сердце колотилось. Тогда, много лет назад, жена бросила его сразу после рождения дочери. Он не мог прокормить семью, не мог найти достойную работу. Человечество отвергало тех, кто не был достаточно коммуникабелен, кто не мог легко общаться, располагать к себе. Кирилл думал, что рождение ребенка все изменит, что это подтолкнет его, поможет справиться со страхом перед огромным шевелящимся муравейником.
Он любил дочь. Она была для него всем — надеждой, смыслом жизни. А потом все рухнуло. Несколько раз он пытался искать их, но когда казалось, что вот-вот найдет, останавливался. Зачем что-то менять? Ведь даже если он оставит работу и встретится… Нет! Будет только хуже. Для всех. Он лишь хозяин конторы. Медленно опустился в кресло. Поправил журнал, карандаши. Стал ждать следующего посетителя. Сон в эту ночь не шел. Кириллу становилось то жарко, то холодно, два раза он вставал, бесцельно бродил по квартире, пил воду из под крана.
Снова ложился. Мысли не оставляли его, роились в голове, словно комары летним вечером под фонарным столбом. Страхи, догадки, вопросы, сомнения. Он перевернулся на бок. Вздохнул, открыл глаза. У входа в спальню кто-то стоял. Хозяин приподнялся в постели. Полупрозрачный силуэт, напоминающий смазанную человеческую фигуру, двинулся к нему. Кирилл давно привык к тому, что мимо него проходят создания из других миров, но не в спальне же!
Ему стало жутковато. Существо остановилось у кровати, заметило два стеклянных сосуда, наполненных фишками. По силуэту пробежала мелкая рябь. Кирилл сполз с кровати, встал по другую ее сторону. Так не должно быть. Существо развернулось, медленно поплыло из комнаты.
Хозяин двинулся за ним, успевая заметить лишь бледный, голубоватый свет, исчезающий сначала за поворотом в гостиную, потом на кухню, в прихожую. Он замер, наблюдая, как нечто просочилось прямо сквозь входную дверь и исчезло.
Кирилл попытался сглотнуть, но во рту было сухо. Он подскочил к двери, прильнул к глазку. Оно было там. Уходило от его квартиры по коридору. Вдруг остановилось, обернулось: хозяин чувствовал, что оно смотрит на него через этот глазок — внимательно, ощупывая не только взглядом, но и мыслями.
Отвернулось, исчезло за входом в контору. Через пару секунд ему показалось, что он слышит хорошо знакомый стук лакированной двери. Проснулся Кирилл Андреевич совершенно разбитый, лишь за десять минут до начала смены. Будильника не слышал. Заваривая кофе, усаживаясь в любимое кресло, он пытался осознать произошедшее ночью, и то, что случилось накануне. Ему уже плохо верилось, что несколько часов назад он разговаривал с призраком, который бродил по его квартире.
Зато в махинации Виктора хозяин верил охотно. Кирилл Андреевич забыл достать из ящика карандаши, пользовался одним, да и то плохо заточенным. С посетителями общался сухо, каждого разглядывал с подозрением. Даже Ирина не смогла пробить его панцирь недоверия. Раздосадованный на самого себя, Кирилл Андреевич дождался последнего прошедшего на Землю, быстрым шагом вернулся в квартиру. Вряд ли кто-то появится в ближайшие два-три часа.
Он скинул одежду, забрался в душ. Отрегулировал температуру так, чтобы струи воды напоминали ему дождь: не слишком комфортно, зато освежает. Это как раз то, что нужно. Остыть, привести мысли в порядок, сконцентрироваться. Нельзя раскисать на работе! Да, трудный момент, но… Он выругался отборным русским матом, стукнул кулаком по кафельной стене и чуть не поскользнулся, с трудом сохранив равновесие. С ободранных костяшек побежала струйка крови, смешиваясь с холодной водой.
Ничего они не развалят. Я этого не допущу! Он наскоро залепил пальцы пластырем, нашел чистую рубашку, надел брюки. Волосы были еще сырые, но времени сушить нет.
Причесался, посмотрел на брошенные галстук и пиджак, махнул рукой. Возвращающиеся гости кто с недоумением, кто с подозрением поглядывали на хозяина конторы, впервые за многие годы позволившего себе сидеть за стойкой не в строгом костюме. Ирина пришла последней. Она не стала спрашивать о причинах странных перемен, но по ее лицу было видно, что девушка встревожена. За него ли она беспокоилась, или, может, за свою работу?
Да и девушка ли она? Хозяину доводилось слышать странные звуки, после того, как лакированная дверь закрывалась за очередным посетителем. Он догадывался, что некоторые из них сразу принимали свой истинный облик. Слышал однажды и шипение за дверью, закрывшейся после Ирины. И, хотя он не желал представлять, во что может превратиться это милое создание, но все-таки понимал — они чужие.
Кирилл Андреевич встал, потянулся по обыкновению, прошел за стойку, подняв ее часть. Он редко выходил в коридорчик между дверьми. Сейчас решил прогуляться: от нашей, ведущей в подъезд обычного московского дома, до лакированной, открывающей путь в неизвестность. Вернулся на исходную, попробовал еще раз, примеряя на себя эти несколько шагов между мирами.
Погладил медную ручку. Нажал… Дверь легко поддалась, приоткрылась. Не давая себе опомниться, Кирилл шагнул вперед. Белизна вокруг ослепила.
Через минуту глаза привыкли, и он смог разглядеть просторное помещение, не обезображенное привычными для людей углами. Пол плавно перетекал в стены, стены — в светящийся потолок.
Напротив неожиданного гостя рядком выстроились овалы… Чего? Может быть. Одна, вторая, третья… Всего двадцать восемь. Следовало догадаться! Кирилл Андреевич подошел ближе. Протянул руку, но замер, еще не решаясь коснуться.
- Наступит Ночь Документальный Фильм
- Чужая Кровь Смотреть 9 10 Серию
- Индокитай Уфа Средний Чек
- Чернобль Зона Отчуждения Смотреть
- Фильм Чужой Актеры
- Дмитрий Тарасов И Анастасия Костенко Расстались
- Музыка Из Настоящего Детектива 2
- Чужестранка Информация О Фильме
- Ненасытная Сериал 1 Сезон
- Чужой Против Хищника Hd Смотреть Онлайн